• На Тарусской литературной тропе установлен памятник Белле Ахмадулиной Белла Ахмадулина посвятила любимой Тарусе – городу, который она называла «своей музой» – не одно стихотворение...
• Виктор Ерофеев: Я тоже был влюблен в Беллу Ахмадулину В поэзии Белла не была бунтаркой. Она охотно признавала верховную роль своих учителей. Этот иконостас — Цветаева, Ахматова, Пастернак и Мандельштам...
• Писатель Владимир Войнович: «Белла Ахмадулина не знала, что смертельно больна. Близкие скрывали, что у нее рак» Белла Ахмадулина очень нравилась мужчинам. В молодости у нее был роман с Василием Шукшиным...
• Художественное своеобразие творчества Беллы Ахмадулиной Ахмадулина — мастер метафорически богатого стиха, переходов конкретно-чувственной образности в причудливую игру аллегорий, обыденной речи — в высокую архаику, непосредственности признания — в изысканную...
• Белла АХМАДУЛИНА: «Мой подвиг одиночества нелеп...» Белла Ахмадулина предсказала свою скорую кончину в начале нынешнего года во время беседы с тогда ещё живым Андреем Вознесенским...
• Отблески судьбы Анны Ахматовой в поэзии Беллы Ахмадулиной Анна Ахматова. Белла Ахмадулина. Они связаны в пространстве русской поэзии неким таинственным мистическим образом. Тайна живёт и в звучании их имён, завораживая загадочно прохладным звуковым повтором. Фонетическая таинственность совпадений уже обещает чудо неких соприкосновений...

Так вот он — тот осенний пейзаж,
Которого я так всю жизнь боялась:
И небо — как пылающая бездна,
И звуки города — как с того света
Услышанные, чуждые навеки.
Как будто все, с чем я внутри себя
Всю жизнь боролась, получило жизнь
Отдельную и воплотилось в эти
Слепые стены, в этот черный сад...
А в ту минуту за плечом моим
Мой бывший дом еще следил за мною
Прищуренным, неблагосклонным оком,
Тем навсегда мне памятным окном.
Пятнадцать лет — пятнадцатью веками
Гранитными как будто притворились,
Но и сама была я как гранит:
Теперь моли, терзайся, называй
Морской царевной. Все равно. Не надо...
Но надо было мне себя уверить,
Что это все случалось много раз,
И не со мной одной — с другими тоже,
И даже хуже. Нет, не хуже — лучше.
И голос мой — и это, верно, было
Всего страшней — сказал из темноты:
"Пятнадцать лет назад какой ты песней
Встречала этот день, ты небеса,
И хоры звезд, и хоры вод молила
Приветствовать торжественную встречу
С тем, от кого сегодня ты ушла...
Так вот твоя серебряная свадьба:
Зови ж гостей, красуйся, торжествуй!"
1942